Идеи русского мира для мира

09.01.2018 | Журнал «Стратегия России»

3 ноября 2017 года, накануне Дня народного единства, в Нижнем Новгороде прошла XI Ассамблея Русского мира, которую открыли председатель попечительского совета фонда «Русский мир» Людмила ВЕРБИЦКАЯ и председатель правления фонда Вячеслав НИКОНОВ. Приветствия в адрес Ассамблеи прислали президент Владимир ПУТИН, председатель правительства Дмитрий МЕДВЕДЕВ, председатель Совета Федерации Валентина МАТВИЕНКО, председатель Государственной Думы Вячеслав ВОЛОДИН, руководители министерств и ведомств, Святейший патриарх Московский и всея Руси КИРИЛЛ, председатель Совета муфтиев России ГАЙНУТДИН и другие. В работе Ассамблеи участвовало свыше 500 делегатов из России и 75 стран мира — представители организаций соотечественников, преподаватели университетов и русских школ, учёные, писатели, дипломаты, духовенство, культурологи, журналисты. Они познакомились с Нижним Новгородом, центром одного из самых древних и самых динамично развивающихся российских регионов. На Ассамблее прошли панельные дискуссии «Идеи Русского мира для мира», «Русский язык и государство — благодаря и вопреки», а также круглые столы. Сегодня мы публикуем материалы панельной дискуссии «Идеи Русского мира для мира», которую вёл Вячеслав НИКОНОВ.

Вячеслав НИКОНОВ
Председатель правления фонда «Русский мир», председатель Комитета по образованию и науке Государственной Думы

Миром правят идеи, правят ценности. Русский мир как цивилизационная общность предлагал много важных идей для себя и для остального мира. Чего только стоит одна идея Москвы — третьего Рима, которая была провозглашена в тот момент, когда границы Московского княжества не доходили и до Можайска, а не то что до Нижнего Новгорода. Это была идея создания великой державы — крупнейшей христианской державы мира, которая и сложилась, когда русские дошли до Тихого океана, до Калифорнии, основав Форт-Росс. Это была сплачивающая идея, в свое время сыгравшая очень большую роль. И сегодня она может воодушевить Русский мир.

Были идеи узконациональные. Например, идея православия, самодержавия и народности, которая была основана прежде всего на внутриполитической консолидации нашей страны.

Была идея сверхглобальная — идея коммунизма, которая вела за собой огромную часть человечества, едва ли не большинство человечества в своё время. Это была идея, силу которой испытали на себе все без исключения страны. Ленинизм и марксизм стали для многих путеводной звездой, а для других — кошмаром.

Сегодня идеи, которые могла бы предложить наша огромная глобальная общность, на мой взгляд, лежат на поверхности. Не хочу предвосхищать нашу дискуссию и навязывать свою точку зрения на этот вопрос. Идеи эти в основном проросли в нашем национальном корне. Они позволяют нам достаточно точно переводить на русский язык все понятия и идеи, которые сейчас используются в глобальном сообществе. Так сказать, в контексте европейских и общемировых ценностей, которые часто при переводе приобретают совершенно другой смысл. Например, «демократия» — это часто воспринимается не как правление народа, а как государство, являющееся союзником Соединённых Штатов Америки. А что такое «популизм»? Сейчас популизмом называется всё, что не отвечает идеям глобального интернационализма. Левый популизм, правый — не важно. Главное, что он не отвечает идеям глобального национализма. Можно продолжать список понятий и общемировых ценностей, которые на поверку оказываются инструментами для обеспечения геополитической доктрины определенного круга государств во главе с Соединёнными Штатами Америки.

В то же время Россию демонизируют. Судя по обвинениям в её адрес, сейчас очевидно, что Россия превращается в самое влиятельное государство на планете. Нам уже ничего не стоит менять президентов Соединённых Штатов Америки, истратив на такую замену каких-то сто тысяч долларов. Можно представить, что натворит Россия, истратив миллион. Я уже не говорю про миллиард… Российские покемоны, представьте себе, дестабилизируют расовый баланс в Соединённых Штатах Америки. Одного звонка с фразой по-русски «извините, я ошибся номером» из российского посольства совершенно достаточно, чтобы снять советника президента США по национальной безопасности. Теперь можно позвонить американскому чиновнику с любого русского номера и сказать «извините». И у того карьера, как говорится, не сложится.

Это было бы очень смешно, если бы не было так грустно. Россию не просто серьёзно демонизируют — создают большие проблемы для всех российских инфраструктур, которые работают за рубежом. То, что происходит сейчас с каналом RT в Соединённых Штатах и с его сотрудниками, с нашими новостными сайтами, — свидетельство направленной кампании, ведущейся в отношении нашей страны с целью воспрепятствовать её глобальным возможностям. На таком фоне растёт притягательность идей Русского мира. Мы можем себя поздравить: не так давно стало известно решение европейского парламента, который составил список самых вредоносных подрывных организаций для западного сообщества и для западной демократии, и в этом списке фонд «Русский мир» обошёл «Спутник» и канал Russia Today. То есть информационные структуры, о которых в последнее время только и говорят, менее вредоносны для западных ценностей, чем наш фонд.

Конечно, это очередная избирательная глупость, конечно, фонд «Русский мир» не занимается политикой. Он занимается русской культурой, гуманитарным сотрудничеством и думает над тем, какие идеи Русского мира могут быть предложены миру. Давайте над этим подумаем вместе.

Авигдор ЭСКИН
Политолог, публицист, общественный деятель (Израиль)

Что такое русская идея, на которой зиждется Русский мир? И что такое русская идея, если посмотреть на неё из окна дома в Иерусалиме? Или где-нибудь в Дамаске, а может, в Париже? Как представляется она нам — миру? Как представляется она городу — например, Нижнему Новгороду? Что такое Русский мир? В чём его идея? В том, что ты принадлежишь какому-то народу? Или мы говорим о чём-то большем?

Очень часто, к сожалению, в сегодняшних дебатах любят говорить от имени кого-то и навязывать что-то. А давайте обратимся к лучшим умам России, которые эту идею излагали.

Но сначала хочу особо поблагодарить Вячеслава Алексеевича за то, что он пригласил нас сюда, в Нижний Новгород. Сегодня роль этой губернии велика. Как, впрочем, и всегда. Я знаю, что здесь, в Нижнем Новгороде, была осмыслена одна из основ русской идеи, когда Серафим Саровский сказал, что дальше зло не распространится.

Мысль великая, если ещё вспомнить Бердяева. Он говорил, что российское отношение к истории вытекает из той историософии, которой предшествовало духовное восприятие мира, а именно, когда особая духовная матрица России на протяжении веков состояла в том, чтобы остановить ход зла. Будь то монголо-татарское иго, нашествие немецко-фашистских полчищ или сегодняшние проявления фашизма и реваншизма. Эти проявления заключены в удушающем движении на восток со стороны тех, кто должен жить на западе и остаться на западе — если судить по их же обещаниям.

Дальше зло не распространится! В этом идея не только национального самосохранения, но идея сохранения человечества, потому что особая чуткость российской истории и российского характера в том, чтобы сказать «нет» злу там, где оно начинает гигантской волной топить человечество. Этому всемирному потопу либерализма в его избыточных проявлениях джихадизма и терроризма Россия сегодня говорит «нет». И не только говорит, но и весьма впечатляюще противостоит.

Я приехал из Израиля. Наш премьер-министр за два года семь раз побывал в Москве, и его общение привело к тому, что слаженная работа и координация между нашими странами сегодня особенно эффективна. Кстати, ни один израильский премьер так часто не посещал Соединённые Штаты за всю историю. О чём это говорит? О том, что сотрудничество с Россией может быть во благо для всех. Мы это знаем на примере Сирии, где ситуация ещё очень далека от рассвета, но, тем не менее, там сегодня больше говорят по-русски. И это способствует успокоению ситуации.

Мы должны чётко определить: в чём позитивная сторона русской идеи? Остановить зло — это немало. Это великая миссия, которую Россия неоднократно брала на себя в истории. Очень хорошо эту идею выразил величайший критик России Чаадаев. Он сказал: «Мы принадлежим к числу наций, которые как бы не входят в состав человечества, а существуют лишь для того, чтобы дать миру какой-нибудь важный урок». Если бы эти слова были переведены на языки мира, и сегодня мыслящие люди в Англии, во Франции, в США, в Германии, в Японии изучали бы опыт России, включая её ошибки... Они не повторяли бы их, а мир был бы куда спокойнее и комфортнее. Но уроки забыты. И мрак сегодня покрывает человечество в его бескультурье. Сегодняшняя растущая волна потребительства, которая покрывает всё, является тоже признаком нового всемирного потопа. В этом отношении русская идея так, как её сформулировали её носители, неоднократно овладевала умами и вела людей. Как сказал об этом Бердяев, она определила гигантский полёт народа, который располагает гигантской территорией. Эта гигантская идея на самом деле есть слияние горнего с дольним. «Есть в русской природе усталая нежность», — говорил Бальмонт. Есть в русской философии особый душевный накал, чего не хватает западному мышлению.

Что есть русская идея, кроме как идея сердца? Умение проникнуть не только в интеллект и сознание, но и в саму душу — в этом особая благотворительная и благоносная русская влага. Почитайте того же Розанова, чтобы понять, как идея души, как идея сердца овладевает всем пространством от самого горнего до самого дольнего.

И вывод: Россия сегодня переживает непростое время и внутренний кризис, понимая, что есть историческая роль и идея — возрождать здесь, в России, русскую культуру, начиная с ближних кругов. Таких, например, как Приднестровье. Есть такой оазис Русского мира, благоухающий оазис. В то время как все другие территории бывшего Советского Союза, которые отделились, были разорваны конфликтами, до сих пор не утряслись споры, в Приднестровье жили в мире русские, украинцы, молдаване, евреи. Поезжайте и посмотрите. Я там недавно был и в этом убедился. Запах свежей яблони из Приднестровья — почувствуйте его сегодня здесь.

И завершу я словами Бориса Пастернака как раз об этом. «Непобедимым — многолетье, Прославившимся исполать! Раздолье жить на белом свете, И без конца морская гладь. И русская судьба безбрежней, Чем может грезиться во сне, И вечно остаётся прежней При небывалой новизне».

Александр ТРУБЕЦКОЙ
Президент Франко-Российского альянса, почётный профессор Московского государственного университета (Франция)

Спасибо всем за то, что вы в Нижнем Новгороде, потому что для нас Нижний Новгород — это защита Русского мира.

Идеологи русофобии внушают западным народам ложное представление о том, что Россия является опасной и агрессивной страной. Во всяком случае Соединённые Штаты Америки оправдывают колоссальные инвестиции в военную промышленность.

А я задаю вам один вопрос — всем, кто боится России: назовите мне хоть один пример агрессивности России против Запада в течение её тысячелетней истории! Можно поспорить с периодом советского времени, потому что тут царствовала не русская идея, а идеи тех, кто хотел мировой революции. И то нужно учесть, что многие проблемы возникали в контексте холодной войны.

Но чтобы не ходить дальше, вспомним, что в Европе времён Петра Первого опасность для Европы шла от могучего противника русского государства, каким являлась тогда Швеция, так что можно сказать, что Полтавская битва не только освободила Россию от шведского наступления, но и спасла Европу от шведской угрозы.

Во времена Екатерины Второй Суворов, Румянцев, Потёмкин обороняли Россию от турок и от влияния Пруссии, например. Александр Первый спас Францию, когда союзники хотели её разрушить. Он восстановил монархию, но не только. На Венском конгрессе император основал Священный Союз для того, чтобы предотвратить войны в Европе. Этот Священный Союз действовал примерно двадцать лет. Это ещё до возникновения всякой ООН.

В 1877 году Россия выступила на войну ради защиты православных балканских народов. В конце XIX века Николай Второй на Гаагской конференции опять предложил создать единство для сохранения мира. Увы, его не послушали. В 1914 году Россия была вынуждена вступить в войну для защиты Сербии, в качестве соблюдения союза с Францией и Англией. А также чтобы защитить себя от Германии.

В 1941 году Германия напала на Россию, несмотря на существующий пакт, так называемый пакт МолотоваРиббентропа. Так что Россия никогда не была агрессивной. Да, она защищала в основном христианский мир, так как она принадлежала и принадлежит этому миру. Вообще-то мы помним, что никто больше, чем Россия, не пострадал от войн и внутренних смут. Мы помним, что, по прогнозу Менделеева, в России население должно было вырасти больше, чем до пятисот миллионов жителей в двадцатом веке. Так что Россия, как никто, знает цену войны и цену мира.

Я уже не первый раз выступаю на ассамблеях Русского мира, и всегда цитирую Ивана Ильина и Бердяева. Сегодня вспомню Ильина. Уж очень люблю его внутреннее мнение. Ильин хорошо объясняет Русский мир. «Неслучайно, что русская созерцательность и искренность никогда не ценились европейскими рассудками и американской деловитостью». А это потому, что Россия есть живой организм — географический, стратегический, религиозный, языковой, культурный, правовой, государственный, хозяйственный и антропологический. Вот этого Запад не понимает, а мы можем и должны это объяснять.

На мой взгляд, цель ассамблей Русского мира — это постоянное объяснение западному миру особенностей нашего правосознания, направленного на самое главное для человечества — мир.

Вячеслав НИКОНОВ

Идея мира как идея России... Они друг другу, безусловно, не противоречат, а лишь помогают. Сейчас я предоставлю слово Корнилию, митрополиту московскому и всея Руси Русской православной старообрядческой церкви. Все, кто читал Мельникова-Печерского, ещё одного замечательного нижегородца, конечно, знают, что нижегородская земля является одним из узлов русского старообрядчества. Кстати, русские народные промыслы, которые развились в Нижегородской области, во многом были обязаны старообрядцам, сохранившим традиции.

КОРНИЛИЙ
Митрополит московский и всея Руси Русской православной старообрядческой церкви

Я благодарен за возможность сказать несколько слов от лица Русской православной старообрядческой церкви. Хотя сначала просто поздравлю с наступающими большими праздниками: это и канун праздника Казанской пресвятой Богородицы, и День народного единства.

Этот в какой-то мере новый праздник продемонстрировал единство, сберёгшее страну начиная со Смутного времени. Наш президент Владимир Владимирович Путин совсем недавно посетил наш духовный центр в Москве. А на предыдущем приёме в Кремле он сказал такие слова о празднике: «День народного единства демонстрирует ответственность за судьбу родной страны. Вся история наша пронизана верностью народа своему отечеству, и сегодня мы празднуем этот день, обращаясь вглубь истории и понимая, что этот праздник свидетельствует о том, что расколу и предательству народ сам противопоставил себя, решив судьбу страны. Он выгнал самозванцев. Этот подвиг остаётся примером истинного патриотизма. Это священный подвиг народа».

Недаром он вспомнил о расколе. Это раскол Смутного времени, это церковный раскол XVII века. Но так же, как и в Смутное время, в церковном расколе XVII века, которому исполняется 350 лет, русский народ не поддался предательским, изменническим идеям и ценой огромных жертв, душевного подвига сохранил верность национальной традиции. Это можно считать образцом и примером истинного патриотизма русского народа. Народ показал верность православным идеалам и за ценой не постоял.

Подвиг православного народа в годы смуты и церковного раскола вызывает чувство уважения за верность русского народа своему Отечеству, за спасение с помощью Божьей земли русской от внутренних и внешних противников.

Несколько дней назад в Москве был открыт мемориал жертвам репрессий — трагического события в истории нашей родины, революции. И президент повторил слова, написанные на мемориальном комплексе: «Понять, оценить, осудить и простить».

Вот для того, чтобы понять, нужно знать историю. К сожалению, мы мало её знаем. Особенно молодёжь — об истории страшных репрессий. И ещё меньше мы знаем о трагическом последствии раскола, который разделил русский народ и ослабил его. Но вот эти слова, что мы должны понять, оценить, осудить, но и простить, — очень важные слова. Они, по сути — православные христианские слова. Господь наш Иисус Христос на кресте говорил, обращаясь к своему Отцу Небесному: «Прости, ибо не ведают, что творят».

Поэтому и мы как православные люди, понимая всё, оценивая и в какой-то момент, как правильно сказано, осуждая, всё-таки должны прощать.

Старообрядцы во все времена, несмотря на гонения, унижения, насилия и казни, исполняли этот закон Христов о любви к врагам. Они никогда не отвечали злом на зло, насилием на насилие. Это качество старообрядцев отметил и Александр Исаевич Солженицын. Он так писал: «Старообрядцы за угнетение и расправы над ними — над двенадцатью миллионами наших братьев, — за жестокие пытки: вырывание языков, дыбу, огонь, смерть, лишение храмов, изгнание за тысячи верст на чужбину — никогда не взбунтовались, никогда не подняли в ответ оружия».

На конференции соотечественников, которая недавно была в МИДе, один из участников спросил: «А кто виноват, и что делать?». Я попытался тоже ответить на этот вопрос. В какой-то мере повторюсь. Опять же, ответ нам подсказывает Солженицын. Он утверждал, что XVII век породил 1917 год. То есть Россию сокрушил церковный раскол, духовный распад, поэтому она не смогла дать отпор врагам православия в начале XX века. Мы знаем, какие случились страшные последствия и церковного раскола, и революции 1917 года. Россия была выбита из созидательной колеи истории. И раскол — раскол был погромом церкви под видом реформ. Это была, по сути, идеологическая диверсия Запада.

Революция, которую мы вспоминаем, а ей ровно сто лет, — страшное событие. Одна из наших бабушек-старообрядиц, которая прошла через это, её уже нет сейчас, которая прошла через эти страшные десятилетия, так говорила: «Мы жили мирно до семнадцатого года, и вдруг грянула революха». Я подумал, какое слово! Как она додумалась — простая женщина! Действительно, вот эта революционная ломка, разруха, кровавая заваруха — всё в одном слове. «Грянула революха».

Старообрядцы больше всех пострадали от последствий революции. Нас иногда обвиняют, что мы причастны к тому, что в России произошла революция в 1917 году. Конечно, это ложь. Старообрядцев во многом обвиняли за эти 350 лет. Они не могли ответить, потому что не было возможности это сделать. Старообрядцы всегда хотели свободы. Понятно, 250 лет истории — истории гонений до революции, — понятно, что старообрядцы хотели конституции, хотели ограничения прав вседозволенности, которые способствовали их угнетению и притеснению, но они никогда не хотели кровавого финала, который произошёл после Октября 1917 года. Практически революция, как ломка традиций, укладов святой Руси, началась после церковного раскола. Одним из первых революционеров был Пётр Первый. Наши культурные традиции он стал ломать насилием, обращая страну на запад.

Старообрядчество, ещё раз говорю, никогда не отвечало на насилие насилием, но всегда сохраняло традиции. Этим оно и живёт, и будет жить, этим оно достойно себя заявляет за пределами нашей России. Это уважение, которое наши старообрядцы испытывают в тех странах, куда их загнало рассеяние.

Совсем недавно мы были на Дальнем Востоке, на границе с Китаем, и старообрядцы, когда только появилась первая возможность вернуться на родину, на родные места, где похоронены их предки, это сделали. Конечно, мы часто видели, что их Россия — родина — приняла не как мать, а как мачеха. Но, слава Богу, президент России обратил на это внимание и сделал всё, чтобы начался процесс возвращения. По его инициативе были созданы условия для возвращения старообрядцев. И наши единоверцы-старообрядцы, которых мы посетили, благодарны за то, что наше правительство наконец обратилось к ним лицом, создает материальные, духовные предпосылки. Для старообрядцев это очень важно: сейчас они могут свободно молиться после столетий гонений, и я думаю, что ещё сотни, а может, даже тысячи старообрядцев, которые живут сейчас за рубежом, вернутся на свою исконную родину.

Старообрядцы накопили большой опыт выживания в труднейших условиях, опыт сохранения языка, опыт молитвы, труда и воздержания, опыт противления западной традиции. Как мы видим, западная традиция бездуховна. Старообрядцы всегда были патриотами своей земли. Предприниматели до революции были основой нашей экономики и промышленности. Примерно 70–80% её было сосредоточено в руках старообрядцев. Здесь, в Нижнем Новгороде, Николай Александрович Бугров тоже был одним из столпов экономики дореволюционного старообрядчества. Ему памятник поставили совсем недавно в Нижнем Новгороде. Девизом семьи Бугровых было «Благо России — наше благо». Вот основа того, что движет старообрядцами и сегодня.

Старообрядцы готовы поделиться своим опытом — опытом жить честно, по совести, трезво, опытом сохранения святой старины и традиций. Старообрядцы, как говорит писатель Валентин Распутин, всегда являли пример крепости. Крепости, верности. Как говорил писатель, они были крепостью, а не лавкой, торгующей вразнос. Вот так жили всегда старообрядцы и живут по-божьи.

Итак, кто виноват, и что делать? Возвращаться. Возвращаться к своим истокам. Возвращаться на свою духовную родину. Этот процесс, который сейчас называется импортозамещением, — это экономический процесс, но он и духовный тоже: возвращение к своим истокам — к святой Руси, к истинному православию.

Наш защитник, как говорил Фёдор Иванович Тютчев, — наша история. Истинным защитником России является её история. И также старообрядчество, если истории возвращаться тоже. И, конечно, мы должны помнить. Помнить и знать историю. Опять слова Валентина Распутина: «Мы должны быть благодарны старообрядчеству за то в первую очередь, что на добрых три столетия оно продлило Русь в её обычаях, верованиях, обрядах, песне, характере, устоях и лице». И это служение старообрядцев, может быть, не меньшее, чем защита отечества на поле брани.

Своё выступление я хотел бы закончить стихами Игоря Северянина. Я взял их в книге «Лидерство по-русски». Это о России.

Встанет Россия, все споры рассудит.

Встанет Россия — народности сгрудит,

и уж на Западе больше не будет

брать от негодной культуры росток.

Да хранит Бог нашу Россию!

Вячеслав НИКОНОВ

Прозвучали мудрые слова: жить честно, по совести, трезво, быть крепостью, а не лавкой. Эти слова воплощают опыт многих столетий наших предков. Но вдумайтесь: Смута была раньше раскола. С этой точки зрения Минин и Пожарский, как и все участники народного ополчения, не могли на тот момент быть новообрядцами. Они все были старообрядцы, как и Сергий Радонежский, и все поколения, которые жили до церковного раскола середины XVII века.

А связь времён, связь культур должна быть продолжена, и это, на мой взгляд, исключительно важно.

Сейчас я предоставлю слово Джульетто Кьеза, известному журналисту, большому другу нашей страны и фонда «Русский мир».

Джульетто КЬЕЗА
Журналист, писатель, общественный деятель (Италия)

Думаю, не все поняли, что сказал митрополит Корнилий. Потому что мы живём в другом мире. Испорченном. И потому даже не понимаем себя, не помним, кто мы, откуда. Поэтому нам нужна память. Историческая память.

Я смотрю на то, что происходит в мире, и довольно пессимистично отношусь к последним событиям. Идут такие войны, которые, мне кажется, беспрецедентны. Во всяком случае, таких войн не было на моей памяти. Идут войны, которые даже трудно описывать. Войны не только против систем, но и против здравого смысла. Например, в некоторых странах Запада уже нельзя говорить о беременных женщинах. Надо сказать «беременный человек». Понимаете? И это не шутка. Размываются понятия, веками бывшие незыблемыми.

Удивительные вещи! У меня впечатление, что это не случайно, потому что те, кто работает в этом направлении, как будто хотят, чтобы мы забыли, где находимся. Дискуссия идёт вокруг так называемых ценностей. Причём ценностей исключительно личного порядка. Чтобы мы — такова моя интерпретация — забыли, что есть и другие, гигантские проблемы, которые до сих пор не решены. Но, занимаясь мелкими проблемами, мы не можем в нынешний момент решить крупные. Проблему выживания человечества, например. Это на повестке дня. Но это ощущается, только когда смотришь из России.

Между прочим, я немножко критически отношусь к вашим средствам массовой информации. Слишком много оптимизма. Я, наоборот, считаю, что не надо быть чрезмерными оптимистами, когда речь идёт о глобальных проблемах. Идёт война из-за того, что мы потеряли правую сторону. Война идёт с Западом. Это очевидно. Но надо понимать, что происходит на Западе, как Россия может и защитить себя, и действовать в качестве тормозящего элемента на пути скатывания. Вот в этом смысле нам надо — и вам, и Западу — остановить распад. А для этого надо начинать думать по-другому.

Недавно ваш президент Владимир Путин выступал на заседании Валдайского Клуба и неожиданно для меня предложил меньше говорить. Он предложил миру думать, что происходит. Осмыслить несколько гигантских революций нового времени. Причём не только те революции, которые уже произошли, но которые ещё будут. И это уже не человеческие революции — это технологические революции. Путин их назвал: цифровая революция, генетическая, энергетическая революция. Продолжая его мысль, есть ещё четвертая революция — революция природы против всех этих революций. Природа защищается, потому что все происходящие метаморфозы — это в основном эффекты наших технологий. Мы сами создали эти революционные потоки.

В эти дни я участвовал в нескольких дискуссиях о столетии Октябрьской революции. Я понимаю, что в этом отношении у вас общество разделено. Есть те, кто считает, что революций не должно быть вообще. Революция несовместима с природой. А я считаю, наоборот, что революции есть и будут. Всегда были и всегда будут. Проблема в другом: можно ли их предвидеть, можно ли их успокаивать, пока они не приняли разрушительный характер. Революция может случиться не только из-за человеческих порывов. Она происходит из-за технологий, которые человечество создало, не зная и не предвидя, какие будут последствия.

Поэтому надо думать о последствиях технологических революций, которые рано или поздно поставят перед нами всеми очень жёсткие вопросы. Научно-исследовательские работы могут быть бесконечными, но наступает момент, когда человечество вынуждено задать себе вопрос: не пора ли остановить определённое развитие технологий? Чтобы выжить.

Думаю, что остановить технологии, несущие прямую угрозу цивилизации, могут только высокие моральные ценности. И значит, надо вернуться назад.

В молодости я был революционером. Сейчас стал чуть-чуть консерватором. И считаю, что быть консерватором на сегодняшний момент — это самый большой революционный шаг, который мы можем себе позволить.

Вячеслав НИКОНОВ

Вот ещё ценные идеи — якоря традиций и мудрого консерватизма. Это те идеи, которые могут быть предложены миру. Надо останавливать безумие, происходящее на нашей планете.

Авигдор Эскин здесь говорил о впечатлениях от путешествия в Приднестровье, о цветущих садах и запахе русской земли в этом краю. Напомню, в прошлой ассамблее Русского мира участвовал председатель Верховного совета Приднестровской Молдавской республики Вадим Николаевич Красносельский. Теперь он стал президентом Приднестровья. А мы пригласили на Ассамблею нового председателя Верховного совета Приднестровской Молдавской Республики Александра Сергеевича Щербу.

Александр ЩЕРБА
Председатель Верховного совета Приднестровской Молдавской Республики

Для начала надо развеять миф о Приднестровье. Создаётся впечатление, что Приднестровье — осколок старого мира, некогда отколовшаяся территория Советского Союза, которая застыла в развитии. Это не так. Люди, живущие в Приднестровье, — современные, развивающиеся, и в то же время не потерявшие связь с прошлым, живущие в настоящем и думающие, как жить в будущем.

Поэтому готов подтвердить восторженные впечатления господина Эскина, который в летние дни приехал в Приднестровье в период Яблочного Спаса и почуял аромат яблок, который нас соединяет и делает немногочисленный, полумиллионный, народ Приднестровья, полиэтнический и многоконфессиональный народ единым и частью Русского мира.

Омар Хайям сказал:

Когда песчинка мыслит о Вселенной,

она Вселенную в себя вмещает,

и больше космоса становится песчинка...

Да, малочисленный народ Приднестровья — это песчинка. Песчинка мироздания, песчинка во Вселенной. И что? На этом надо поставить точку? Вячеслав Алексеевич Никонов уже цитировал Священное Писание. Я тоже попробую сказать несколько слов. Именно слов, потому что Библия начинается со следующего: «в начале было слово». А слово — это основная дефиниция русского языка. И любого другого. И пока слово будет мыслью, пока мысль, будучи изложена словами, воплощаться в жизнь, мир не остановится. Мир не остановится ни на минуту, и наша задача в рамках Русского мира — не только поспевать за изменчивой историей, а давать этой истории вектор развития.

С таким вектором приднестровский народ определился. Мы в 2006 году провели референдум, на котором единодушно — 97% из пришедших на голосование, высказали желание жить в независимом государстве с последующим свободным вхождением в состав Российской Федерации. Почему Российской Федерации? Даже не потому, что это правопреемник Советского Союза, а потому что сегодня Российская Федерация и её лидер олицетворяют Русский мир.

Сегодня говорили о некоторых параллелях народного единства, которое уходит своей историей в века, в период Смуты. Но и 7 ноября — День Революции — как бы к нему ни относились, это веха истории Русского мира, России и не только России. Это веха мировой истории.

Хочу провести ещё одну параллель. Шестьдесят лет назад, 4 октября 1957 года Советский Союз вывел на орбиту первый искусственный спутник земли, и во все языки мира без перевода вошло общее понятие «спутник». Это не только русское слово — это русское указание вектора развития цивилизации. Русский мир — Советский Союз — стал целеуказателем для будущих поколений и мирового сообщества.

Так вот, проводя параллели, если и сегодня Россия в её лидере, в её народе будет указывать развивающую идею, то мир изменится. А вместе с миром изменимся и мы. В любую эпоху лидеры, олицетворяющие народы, ведут мир к определённым целям. Поэтому наша задача сегодня не противопоставлять себя миру, а найти идею Русского мира для мира. И она, на мой взгляд, проста. Более того, давно известна. Вот эта идея Русского мира для мира: «Миру — мир!». Мир без войны, без агрессии, без давления, мир без желания насадить свою волю силой оружия или экономическим принуждением.

Идея Русского мира для мира — это мир многоконфессиональный и при этом всегда духовный и душевный, потому что широта русской души непонятна Западу, но она многоконфессиональна и она глубинна. Мир многонациональный. В великой России сотни национальностей живут в общей культурной общности. И в Приднестровской Молдавской Республике — люди существуют в единстве многокультурности и многонациональности. Они вместе создают общечеловеческие, общецивилизационные механизмы развития общества. И если эти простые смыслы не будут замыливаться, если они будут доступны всем гражданам, то нам, приднестровцам, идти своей дорогой будет немного легче. Но дорогу осилит идущий, а мы на верном пути.

Николай ЗЕМЦОВ
Член Комитета по образованию и науке Государственной Думы, сопредседатель общероссийского общественного движения «Бессмертный полк»

Как человек, так и организация проходят какой-то путь. Их нужность и полезность измеряется реакцией, которую вызывают они, скажем так, у оппонентов. Характерно, что организации и движения, которые препятствуют распространению зла в мире и рассказывают правду о прошлом, которые помнят о славе и величии нашей родины, наших предков, — они почему-то вызывают раздражённую реакцию.

Наше движение «Бессмертный полк» взрослело, в то же время росло отторжение части общества. Сначала, так сказать, приветствовали издевательскими плакатами, потом обвиняли в том, что мы на мероприятия насильно свозим людей. Теперь пошли в ход все приёмы гибридной войны. Вплоть до того, что появился антипроект «Смертный полк». Наша оппозиция решила вывести в его рядах людей, которые имеют претензии к общей памяти.

На дворе 2017 год, и мне бы хотелось на площадке «Русского мира» рассказать, как наше движение оценивает свой вклад в процессы, в которых нам, потомкам наших отцов и дедов, предстоит участвовать.

Сегодня мы понимаем, что в далёком 1917 году наши бабушки и дедушки не смогли удержать удивительное единство народа, о котором мы сейчас так много говорим. Они разделились на красных и белых, и до сих пор мы с разочарованием видим, что разделение со временем не искоренилось. Напомню совершенно разную реакцию на предложение увековечить память Маннергейма, на разное, иногда полярное, отношение к судьбам наших генералов. Одни их воспринимали как героев Отечества, другие — как предателей.

Тем не менее у нас теперь появился практический исторический опыт. А такой опыт — в традиции. История передаёт только те традиции, которые считаются искренними, не навязанными. Это, например, традиция празднования Дня Победы. Она является залогом того, что мы способны побеждать. Побеждать правдой, своей любовью к нашим предкам. У нас сейчас работает добровольческое движение «Архивный батальон». Молодые люди, историки, помогают установить судьбы неизвестных солдат.

Наши добровольцы установили фамилии, имена, звания, места гибели тысяч наших солдат. Такие знания очень нужны всем. Для архивов пожелтевшие карточки — это просто единицы хранения, а для семей, для детей и внуков — это светлая память и очень серьёзный элемент воспитания.

«Бессмертный полк» как сообщество взрослых людей пытается перевести полученный опыт в практическое воспитание детей. И у нас многое получается. Наши друзья есть во всей Европе и в Америке. Это Русский мир, который обрёл масштабные контуры, это сообщество, которое рождает единое действие.

Я недавно вернулся из Китая. В восточной дипломатии ценятся подарки, имеющие глубокий смысл, и мы подарили мэру Пекина старую фотографию китайской делегации, которая проходила по Красной площади и несла портреты руководителей КНР. Мы сказали, что будем рады, если в делегации Поднебесной будет больше потомков солдат Второй мировой войны. Надеюсь, что в Китае появится свой «Бессмертный полк» как организованное движение. По крайней мере, жертва китайского народа, сопоставимая с нашей, даёт основание надеяться, что память о солдатах Китайской Народной Республики будет увековечена.

Вячеслав НИКОНОВ

По китайским оценкам потери Китая во Второй мировой войне были даже значительно больше, чем в нашей стране. Поэтому, если миллиард китайцев присоединится к «Бессмертному полку», я думаю, это заметят во всём мире. Мы видим, что такие идеи, как память, «любовь к родному пепелищу, любовь к отеческим гробам», существуют везде. Существует уважительное отношение к подвигу своих предков. Другое дело, что в Европе есть с этим проблемы. В Европейский Союз входят в основном те страны, которые не были победителями во Второй мировой войне. Скорее, наоборот.

Николай ЗЛОБИН
Президент Центра глобальных интересов (США)

Что происходит сегодня? Как я это вижу, идёт смена одного миропорядка на другой. Уходит порядок, который сложился по итогам Второй мировой войны, меняется геополитическая карта мира, меняются геополитические расклады. И вот этот миропорядок, в отличие от предыдущих, неожиданно для всех не сопровождается масштабным изменением глобальных идей. В принципе, идеи остаются прежними. И это большая проблема, потому что нельзя существовать в мире, не имея понимания, для чего новый миропорядок создаётся. А мы видим, что он создаётся хаотично, никаких идей ни с одной стороны, ни с другой я, честно говоря, не вижу. И это проблема.

Сегодня говорят, и вполне справедливо, что Россия испытывает большое сопротивление со стороны мирового сообщества, что существует русофобия. Думаю, что в большей степени это следствие того, что в экономическом и в военном, может быть, отношении Россия играет другую роль, чем она играла десять-пятнадцать лет назад. Мир оказался не готов к этой новой России ни психологически, ни идейно, потому и сопротивляется этому, причём довольно неуклюже. Но и Россия оказалась идеологически и идейно не готова к тому, что её роль в мире — военная и экономическая — растёт довольно быстро.

Сейчас Россия, собственно говоря, выходит в мир. У неё появилась такая возможность. Вот на этот вопрос надо искать ответ. Процитирую Авиценну, который сказал, что ни один враг не способен принести столько вреда, сколько приносят человеку его собственные мысли. С мыслями надо быть тоже осторожными.

В названии нашей дискуссии — «Идеи русского мира для мира», — мне кажется, есть две составляющих. Есть идеи Русского мира, и я не до конца понимаю, в чём они заключаются. Есть идея этого мира для мира глобального, и эти составляющие точно не совпадают. Здесь бы не удариться в крайность, не удариться в то, от чего всегда страдала Россия, — от мессианства, которое она почему-то в себе видела. А мир этого не видел, и Россия обижена.

Мессианство, на мой взгляд, вещь нехорошая. Что мне не нравится иногда в рассуждениях о русских идеях для мира: мы должны что-то делать вопреки, кого-то учить, кому-то показать, кого-то остановить. Конечно, Россия никому ничего не должна. Это надо понять. Россия вообще страна самодостаточная. Самодостаточность её, мне кажется, это важная идея Русского мира, которая до сих пор не имеет серьёзного базисного понимания.

Не надо оправдываться. Не надо на всё реагировать. А Россия всё время занимается реагированием на что-то. Вот, мне кажется, одна из ущербных идей, которые зачастую приводят к тому, что очень хорошие концепции, которые появляются в России, не столь эффективны, как хотелось бы.

Главный вопрос, который надо поднимать, когда мы говорим о русских идеях для мира, это то, что эти идеи никоим образом не должны вредить самой России. А самодостаточность, я считаю, это и есть одна из таких идей.

Мы больше, чем люди, живущие в России, понимаем, что так или иначе находимся в меньшинстве в своих странах, в своих группах, в своих религиях. И фонд «Русский мир» — хорошая организация, которая в принципе, мне кажется, немножко компенсирует то, чего не хватает «большой России». Это уважение, признание, равенство большинства и меньшинства. Любого меньшинства: религиозного, политического, идейного. Я, например, считаю, что это неправильно — называть нас «соотечественники», что занимается нами Министерство иностранных дел. Если мы для России иностранцы, то Русский мир расколот ещё и по этническому и административному признакам.

Здесь была высказана глубокая и очень хорошая мысль о том, что на Земле должно было жить полмиллиарда русских, если бы мы берегли сами себя.

Наша история, как никакая другая, наверное, показывает: какими бы ни были идеи, как ни богата была бы территория, ничего никогда не будет реализовано, если в стране не хватает людей. Для чего России дана такая огромная территория? Когда-нибудь её можно освоить по-настоящему? Когда мы будем к своим людям относиться с уважением?

Сегодня вообще в мире идёт, мне кажется, девальвация человеческой жизни. Если Россия станет лидером ломки этих стереотипов: «государство важнее», «политические идеи важнее», то выиграет народ. Любить надо свой народ. Уважать его надо. Помогать друг другу, а не видеть друг в друге врагов, потому что сто или двести лет назад мы по какому-то поводу спорили и ругались.

Национальное примирение так и не достигнуто. Поэтому мне кажется, что урок, который Россия может дать всему миру после очень тяжёлой и противоречивой истории: мы взяли и решили примириться. Если мы помиримся, если займёмся подчёркнуто глубоким самоуважением, уважением к народу, уважением к чужому мнению, которое тебе не нравится и мне не нравится, уважением к чужому достоинству, то повлияем на мир очень серьёзно. Миру не хватает уважения друг к другу, уважения к меньшинствам, уважения к слабому, миру не хватает уважения к чужим идеям и чужим ценностям. В этом смысле, мне кажется, Россия может быть зачинателем. Но для этого надо вернуться к первой половине нашего названия: «Идеи Русского мира». Если эти идеи не забываются в Русском мире, то мне кажется, мы сможем добиться того, чтобы они стали главенствующими во всем мире. От этого выиграет сама Россия в первую очередь.

Вячеслав НИКОНОВ

Прозвучала мысль, что внешний мир не может привыкнуть к новой роли — к возвышенной роли России в современном мире. Почему бы не сказать «пора привыкать»? Надо было давно привыкнуть, что Россия — великая держава и таковой будет всегда.

Подводя итоги нашей короткой, но, уверен, действительно интересной и содержательной дискуссии, хотел бы сказать о том, как я понимаю смысл названия дискуссии, хотя очень многое из этого сегодня прозвучало.

Существует якорь, как сказал Джульетто Кьеза. Действительно существует, и это человеческие ценности. Ценности, которые составляют генетический код и русской цивилизации, и многих других цивилизаций. Это те ценности, о которых написано в Библии, в Евангелии, в Коране. Ценности, которые пронизаны народной жизнью всегда и везде.

Величайшая ценность для нашего народа, которая проходит красной нитью через всю мировую идею — справедливость. Причём понимаемая не как justice — юстиция, а как Правда с большой буквы, как правда жизни, свободы. Опять же свободы, понимаемой не как либерализм в смысле идеи узкого круга либеральных утопистов, которые сейчас определяют мировую повестку дня. А свободы мысли, самовыражения для всех людей, самых разных точек зрения, возможностей выразить себя. Это, безусловно, ценности мира, о чём говорил Николай Злобин, и жизни, как величайшей человеческой ценности. А ещё — идеи чести, достоинства, о чём много говорил митрополит Корнилий. То есть жить честно, по совести, быть крепостью, а не лавкой. Это идеи веры — веры в себя, в своё Отечество, в Господа. У каждого должна быть такая вера, и то, что люди сейчас погрязают в безверии, несёт во многом проблемы человечеству. Это тоже очевидно.

Вопрос якоря, вопрос традиции, и здесь я абсолютно согласен с Джульетто: не надо заставлять буддистов, мусульман, индуистов, да и православных тоже менять пол ребёнка. Нельзя это делать. Хотите этим заниматься — занимайтесь, но не заставляйте этого делать других, которые имеют совершенно другие ценностные коды, представления о том, что есть порок, что есть грех, что есть добро и зло.

А ещё идея суверенитета — очень важная для нашей страны. Это возможность управлять самими собой, управлять своей судьбой и дать возможность людям жить, как они хотят. Жить. Русские всегда давали жить тем народам, с которыми они сосуществовали. Неслучайно у нас сохранилось огромное количество народностей и языков. Большинство языков русские же и помогали сохранить, создавая алфавит, поддерживая культуру и грамотность.

Что в сегодняшних условиях общее? Ценности? А что на Западе называют общечеловеческими ценностями? Хотя то, что я назвал, уже является общечеловеческими ценностями на протяжении столетий. Как быть с демократией, с либерализмом, с плюрализмом, с конкуренцией, с правами человека, со свободой слова? Безусловно, всё это большие и важные ценности. Просто их надо перевести на человеческий язык. Под демократией не понимать Соединённые Штаты Америки и их союзников, а понимать возможность распоряжаться своей судьбой, своей страной в соответствии с волей собственного народа, а не Государственного Департамента Соединённых Штатов Америки или Центрального разведывательного управления.

Плюрализм — безусловно, свобода выражения. У нас вообще в России дистанция между правым и левым в политическом спектре на километр длиннее, чем в любой известной мне западной стране. Но это должен быть действительно подлинный плюрализм, а не возможность высказать мнение только собственное и считать все остальные мнения популизмом, вредным для собственной страны.

Конкуренция? Замечательная ценность. Давайте конкурировать. Но честно конкурировать, не запрещая свободу слова, не создавая невыносимых условий для экономической конкуренции, не ведя войну санкций, которую развязали Соединённые Штаты. Санкции так или иначе действуют не только против нашей страны, но и против доброй половины человечества.

То же самое — с правами человека и свободой слова. Все должны иметь эти права: даже те люди, которые живут в Ираке, в Афганистане, которых убивают, не считая. Права человека должны иметь универсальный характер, и не только применительно к нашей стране. Имею в виду горстку оппозиционеров, которые придерживаются точки зрения, совпадающей с западной, но не всегда совпадающей с мнением собственного народа.

Поэтому идеи России для Русского мира, для внешнего мира — это синтез общечеловеческих, гуманистических ценностей, которыми человечество жило всегда. Это переведённые на русский и на любой другой язык народов мира ценности, которые Запад приписывает только себе и не причисляет нас к народам, которые этими ценностями обладают.

Мы не закрыли тему. Мы ее подняли. Она очень важна, потому что идеи правят миром. «Мечтой врачует мир Россия. Ты, погибавшая не раз и воскресавшая стихия».


Журнал «Стратегия России», № 1, январь 2018 г.